![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
don_katalanKatia Margolis
«Я боюсь Запада гораздо больше, чем Путина» — так вот прямо и сказал во вчерашнем интервью президент Венецианской Биеннале Пьеранджело Буттафуоко, которого почему-то называют тут интеллектуалом — и, боюсь: это отличительная черта итальянского ещё недавно в основном аграрного общества, где до сих пор окончание университета празднуется как величайшее достижение, а людей с высшим образованием именуют при обращении титулом dottore.
К интеллекту и образованию то, что говорит на каждом углу Буттафуоко, имеет маленькое отношение. Он не знает элементарных вещей из курса школьной истории. А вот к пропаганде зла — огромное.
Если прошлая Биеннале называлась «Foreigners everywhere”, и играло на двойном смысле одиночества и неприкаянности «всюду странник « и ксенофобии «иностранцы повсюду», то нынешнюю смело можно назвать Russians Everywhere.
Все это очарование «особым - мистическим - непохожим таинственным- в отличие от скучного/рационального/западного — того, которое, конечно же, “умом не понять» (а какие еще бывают органы для понимания?) — это и есть та самая многовековая дымовая завеса «великой русской культуры»: которую российская имперская власть использует как штурмовой отряд для завоевания западных мозгов.
И вот уже и глаз не видит. И ухо не слышит.
И совесть молчит.
За стеклянной непроницаемой ни для чего человеческого дверью российского павильона — песни и пляски в записи.
А над Киевом поднимается густой дым.
И я не понимаю, как это можно не видеть, не слышать и игнорировать.
Я не понимаю, как это могут делать люди культуры, художники, чье призвание в этом мире видеть и делать видимым.
Назовите меня наивной и ломящейся в открытую дверь.
Точнее, в закрытую стеклянную.
В телефоне завывает сирена. На экране в прямом эфире рушится дом, погребая под завалами живых людей.
Я хочу поставить тут точку.
Более 1000 дронов и баллистические ракеты запустила особая таинственная мистическая россия руками россиян по жилым домам Украины и живым людям.
Я не понимаю, о каких запятых и «но» или «а» тут можно говорить.
Серийным убийцам не место в палаццо, на приемах за общеевропейским столом, им место на скамье подсудимых.
Нет и не может быть сейчас никаких нейтральных российских мероприятий, экскурсий, прогулок и выставок в Европе. И пока обратное не заявлено публично и вслух, каждый и каждая — молчаливый соучастник.
Мое сочувствие семьям пострадавших и погибших от рук россиян этой ночью.
Их не вернуть. Но ночь не навсегда.
Репортаж о россиянах в Венецииcaolan Robertson
в первом комментарии.
Россия сегодня достойна только того приза, который он оставил перед российским павильоном: макет разбомбленного дома с надписью «За систематическое нарушение международного гуманитарного права».
«Я боюсь Запада гораздо больше, чем Путина» — так вот прямо и сказал во вчерашнем интервью президент Венецианской Биеннале Пьеранджело Буттафуоко, которого почему-то называют тут интеллектуалом — и, боюсь: это отличительная черта итальянского ещё недавно в основном аграрного общества, где до сих пор окончание университета празднуется как величайшее достижение, а людей с высшим образованием именуют при обращении титулом dottore.
К интеллекту и образованию то, что говорит на каждом углу Буттафуоко, имеет маленькое отношение. Он не знает элементарных вещей из курса школьной истории. А вот к пропаганде зла — огромное.
Если прошлая Биеннале называлась «Foreigners everywhere”, и играло на двойном смысле одиночества и неприкаянности «всюду странник « и ксенофобии «иностранцы повсюду», то нынешнюю смело можно назвать Russians Everywhere.
Все это очарование «особым - мистическим - непохожим таинственным- в отличие от скучного/рационального/западного — того, которое, конечно же, “умом не понять» (а какие еще бывают органы для понимания?) — это и есть та самая многовековая дымовая завеса «великой русской культуры»: которую российская имперская власть использует как штурмовой отряд для завоевания западных мозгов.
И вот уже и глаз не видит. И ухо не слышит.
И совесть молчит.
За стеклянной непроницаемой ни для чего человеческого дверью российского павильона — песни и пляски в записи.
А над Киевом поднимается густой дым.
И я не понимаю, как это можно не видеть, не слышать и игнорировать.
Я не понимаю, как это могут делать люди культуры, художники, чье призвание в этом мире видеть и делать видимым.
Назовите меня наивной и ломящейся в открытую дверь.
Точнее, в закрытую стеклянную.
В телефоне завывает сирена. На экране в прямом эфире рушится дом, погребая под завалами живых людей.
Я хочу поставить тут точку.
Более 1000 дронов и баллистические ракеты запустила особая таинственная мистическая россия руками россиян по жилым домам Украины и живым людям.
Я не понимаю, о каких запятых и «но» или «а» тут можно говорить.
Серийным убийцам не место в палаццо, на приемах за общеевропейским столом, им место на скамье подсудимых.
Нет и не может быть сейчас никаких нейтральных российских мероприятий, экскурсий, прогулок и выставок в Европе. И пока обратное не заявлено публично и вслух, каждый и каждая — молчаливый соучастник.
Мое сочувствие семьям пострадавших и погибших от рук россиян этой ночью.
Их не вернуть. Но ночь не навсегда.
Репортаж о россиянах в Венеции
caolan Robertsonв первом комментарии.
Россия сегодня достойна только того приза, который он оставил перед российским павильоном: макет разбомбленного дома с надписью «За систематическое нарушение международного гуманитарного права».