самый вкусный пломбир знаете почему?

[don_katalan]

Vil Mirzayanov
Каким же я был наивным. Вот пример. Отрывок из моей книги «Вызов».
В 1984 году я и мои сотрудники разработали новый высокочувствительный и селективный метод газохроматографического определения зомана в воздухе и сточных водах. В 1986 году я решил внедрить этот метод в практику анализа на Волгоградском химическом комбинате. До этого там использовались приборы на основе холиноэстеразного метода. Они все время показывали, что содержание зомана в выбрасываемом в атмосферу воздухе не превышает принятых норм. Завод работал по циклическому графику –месяц работы и два месяца профилактических работ.
Когда я впервые приехал со своими сотрудниками, чтобы провести анализы выбрасываемого в атмосферу воздуха, завод уже полтора месяца находился на профилактике.
Вот мои записи с результатами некоторых анализов. Дата проведения анализов: 10 февраля 1987 года.
Объект анализа: Воздух,выбрасываемый через трубу N 606 А.
1-ая проба - 10 предельно-допустимой концентрации(ПДК)
2-ая проба - 50 ПДК
3-я проба - 57 ПДК
4-ая проба - 80 ПДК
Таким образом, уже после остановки завода из его цеха в атмосферу выбрасывался воздух, в котором было повышенное содержание отравляющего вещества. А каковы же тогда были атмосферные выбросы во время рабочего цикла цеха?
Еще большее разочарование постигло нас, когда мы приступили к исследованию проб из накопителя сточных вод. Вода после дегазации выдерживались в этом накопителе в течение определенного времени в среде избыточной щелочи для полного уничтожения ОВ. Затем содержимое накопителя смешивалось со сточными водами из производства сельскохозяйственных препаратов и выбрасывалось за пределы комбината. Первые же результаты анализов дали ошеломляющаую картину: во всех пробах превышение допустимых норм составляло от 100 до 1000 раз!
Прежде чем доложить по инстанции, мы повторили свои анализы в Москве, используя хроматомассспектрометрию. Увы, картина была столь же жуткой. Стало ясно: завод по производству химического оружия в Волгограде работал в течение десятилетий не столько на защиту страны от "империалистов", а напротив, на систематическое отравление населения города! Ведь сточные воды завода сливались в так называемое Белое море - озеро, непосредственно примыкающее к жилым кварталам города.55
Весной 1965 года сточные воды из этого «Белого моря» прорвались на Волгу и причинили неописуемое бедствие. Вся река, начиная от Волгограда до Астрахани была покрыта мертвой рыбой.56
Я в это время уже понял, что моя работа по противодействию иностранным техническим разведкам является фикцией и одной из разновидностей советского очковтирательства, ибо только ленивый мог бы не обнаружить зоман около завода. Правда, если бы захотел.
О проделанной работе я доложил директору ГОСНИИОХТ Петрунину. Его реакция была удивительной. Петрунин нисколько не был встревожен моим сообщением. "Вы знаете, что главным инженером на Волгоградском заводе работал Сергей Голубков, заместитель министра химической промышленности, - начал разъяснять мне директор. - Теперь он наш непосредственный начальник, и если мы доложим о ваших находках в министерство, то меня и вас он попросту снимет с работы. Я уверен, что если вы продолжите свои работы на Новочебоксарском комбинате, то и там обнаружите не меньше недостатков, но это ничего, кроме неприятностей на наши головы не даст", - заключил Петрунин. И он был также прав насчет плачевных дел Новочебоксарского комбината. Там для использовлся замкнутый цикл использования сточных вод. Для этого они подвергались дегазации в специальных озонаторах, после чего вновь поступали для промышленных нужд, в том числе и для стирки белья, которую надевали рабочие и инженеры под защитными кобинезонами. Однако, полноту дегазации опять-таки оценивали по методикам на основе холиноэстеразного анализа. Такая же мрачная картина имела место и при очистке воздуха. Там также применялась технология, основанная на озонировании...Вот, теперь и дошло до Петрунина, что я мог бы разоблачить эту несостоятельную технологию дегазации и раскрыть картину систематического отравления рабочего персонала на Новочебоксарском комбинате.
Более того, мои возможные там исследования могли установить загрязнение близлежащей местности из-за случившегося там крупного пожара 28 апреля 1974 года. Во время этого пожара несколько тонн этого ОВ было разбросано в местности диаметром 30 км вокруг цеха 83. Согласно свидетельству очевидцев, серьезное отравление получили более 100 человек.57
Откровенно говоря, не знаю, почему, но я решил идти до конца и добился, чтобы мой доклад был заслушан на совете министерства по противодействию иностранным разведкам. Его возглавлял все тот же С.Голубков...
Докладывал я с использованием таблиц с данными анализа с применением самых современных методов и оборудования при гробовом молчании всех присутствующих. После доклада тишина продолжалась. Тут поспешил на трибуну заместитель директора ГОСНИИОХТ К.Гуськов, который категорически открестился от моего доклада и заявил, что исследования Мирзаянова носят чисто инициативный (!) характер и поэтому его выводы дирекция института не поддерживает.
Воспрянувший духом С.Голубков многозначительно добавил, что следует хорошенько разобраться, кто санкционировал эти работы. Получилось, что я посягнул на что-то святое для этого преступного чиновничества. А ведь я докладывал на совершенно секретном совещании, без посторонних свидетелей и объективных опонентов. Также была абсолютная гарантия, что мои открытия нигде не будут опубликованы или озвучены. Тем не менее я понял, что отныне я стал враждебным и нежелательным элементом для этих господ.
Мой хороший знакомый после окончания заседания успокаивал меня: радуйся, мол, что идет "перестройка", иначе ты сегодня уже не вернулся бы домой.