Alexander Kovalenko · Роботизированный комплекс ВСУ взял в плен оккупантов:

[don_katalan]

чем могут похвастаться Украина и Россия на поле боя, и чего ожидать

Недавно украинское (и не только) информпространство облетело видео, где наземный роботизированный комплекс Droid TW-7.62 на базе платформы NUMO в районе села Терноватое Запорожской области взял в плен российских оккупантов. Это послужило поводом поднять вопрос о том, что такие платформы в будущем могут отыгрывать если не ключевую, то немаловажную роль на поле боя. И что Украина в очередной раз среди передовых стран, формирующих тенденции. Но на самом деле этим решениям не первый год.
Многие ведущие технологически развитые страны с высоким уровнем поддержки внутреннего ВПК уделяли внимание проектам роботизированных комплексов, которые бы в будущем могли заменить пехоту на поле боя. Даже если не полностью, то частично - обеспечивая ей огневую поддержку либо логистические и эвакуационные функции.
И у каждой страны был свой опыт - как успешный, так и не очень - в создании таких комплексов. Но все же в большинстве случаев это заканчивалось провалом.

Российские провалы и… успехи в области НРК
Российская пропаганда годами рассказывала о разработках отечественных роботизированных комплексов, которые как всегда “не имели аналогов в мире”. Это были перспективные “Уран-9”, “Соратник”, “Маркер” и прочих. Причем именно “Уран-9” официально был принят на вооружение ВС РФ. И это при том, что на момент его принятия на вооружение было известно о целом ряде дефектов, которые так и не были исправлены из-за отсутствия технических и технологических возможностей это сделать.
Хотя о том, что это дефективный роботизированный комплекс, было известно задолго до этого. Например, в ходе его испытаний в условно реальных боевых условиях в Сирии в 2018 году старший научный сотрудник Третьего центрального исследовательского института Минобороны РФ Андрей Анисимов отметил, что “Уран-9” не способен автономно функционировать на расстоянии от 300 до 500 метров от оператора, что значительно ограничивает зону применения.
“Уран-9” обладал и другими выявленными недостатками. В частности, его тепловые и электрооптические датчики не позволяли комплексу распознавать цели на расстоянии более 2 км. Помимо этого ведение огня после подачи команд оператором велось с большой задержкой, что делало громоздкую конструкцию уязвимой на ближних и средних дистанциях.
Также комплекс регулярно выходил из-под контроля оператора - на длительное время без установления связи, а в условиях плотной городской застройки мог попросту выйти в режим ожидания – “зависнуть”.
Тогда же Анисимов отмечал, что на устранение всех дефектов и недоработок у создателей “Уран-9” уйдет до 15 лет. То есть, к моменту доведения комплекса до ума он окажется устаревшим.
Однако мнение специалистов российское МО не интересовало и “Уран-9” был принят на вооружение и регулярно демонстрировался на парадах на Красной площади. Правда, практически всегда возимый на тралах и ни разу своим собственным ходом. Видимо плотная застройка Москвы и прочие сопутствующие неблагоприятные факторы влияли на надежность управления “Уран-9” в столице России на пафосных мероприятиях.
Но нельзя сказать, что в РОВ не нашли замену дорогому и громоздкому “Уран-9” и его аналогам, создававшимся для распила бюджетных средств. И таковым стал российский НРК “Курьер”. И это действительно проблема на поле боя, поскольку НРК “Курьер” в отличие от дефективного “Уран-9” представляет собой функциональную, недорогую платформу.
“Курьер”, появившийся впервые на поле боя в 2024 году, собирается из дешевых гражданских и коммерческих запчастей, адаптированных к выполнению ограниченных военных задач - от логистических функций, подвоза БК, провизии, эвакуации до огневой поддержки посредством установления боевых модулей. При этом с 2024 года этот комплекс постоянно эволюционирует.
На сегодняшний день это роботизированный комплекс с шасси со значительно более высоким показателем проходимости и возможностью установления в качестве боевого модуля не только по отдельности пулеметов 7,62-мм ПКТ и 12,7-мм НСВТ, но и их спарок, а также оснащенных гранатометом АГС-17, реактивного противопехотного огнемета "Шмель" – от 8 до 10 пусковых и т.д.
Неприятным моментом является то, что российские оккупанты сейчас устанавливают на свои НРК бобины оптоволокна, что сделало их более стабильными при подавлении РЭБ.

Многолетний украинский опыт
В 2017 году на Гончаровском полигоне на тот момент секретарю СНБО Александру Турчинову был представлен роботизированный комплекс "Фантом-2". Этот НРК имел на вооружении подвесные блоки Б8В20 с 80-мм НАР С-8, что с одной стороны было промежуточным решением отсутствия у ВСУ категории легких РСЗО, а с другой - поднимало вопрос о возможностях платформы иметь устойчивость и эффективность при ведении огня такими средствами.
Не секрет, что эффективность стрельбы НАРами с сухопутных пусковых, да еще и прямой наводкой – крайне низкая, поскольку падал показатель точности, сокращалась дальность и т.д. Тем не менее это был эксперимент, это была одна из попыток обогнать дорогие и громоздкие российские разработки посредством быстрых и эффективных решений.
В октябре 2017 года “Укробронпром” похвастался представлением своей продукции на стенде выставки “AUSA-2017” в Вашингтоне, в рамках которой «Фантом-2» уже был не просто спорной платформой для НАР С-8, а обзавелся 12,7-мм пулеметом НСВТ и 4 ПТУР “Барьер”. Что выглядело куда более гармонично, нежели неуправляемые реактивные снаряды с громоздким, несбалансированным Б8В20.
А к концу 2017 г. украинские мастера военного дела уже испытывали не только широко разрекламированный НРК «Фантом-2», но и такие модификации, как «Пиранья», «Черепашка», «Ласка» - причем как на колесном, так и гусеничном шасси, с разными боевыми модулями и более того – модульной концепцией.
При этом практически у всех версий уже на тот момент была дальность управления до 20 км, что значительно опережало возможности управления российских “Уран-9”, “Платформа-М” и прочих, зачастую не превышающих дальность стабильной связи управления более километра-двух на открытой местности.
Украинские разработки того времени также опережали громоздкие и дорогостоящие российские гомункулусы по проходимости. Например, стандартным углом подъема для украинских НРК того времени считался угол 20°-35°, что для российских комплексов было неопределимым барьером.
Уже тогда, в 2017 году, мы опережали российский ВПК (с учетом всех его финансовых и технологических возможностей) в вопросах правильных и тактически-выверенных решений, формировании взвешенных ТТХ. Не хватало только самого главного – финансирования и масштабирования.
С серьезным запозданием, уже только после полномасштабного вторжения в Украину, наземным робтизированным комплексам стало уделяться внимание. И учитывая нынешнее технологическое развитие украинского ВПК они разительным образом отличаются от тех базовых комплексов, которые были представлены 10 лет назад.
Но смогут ли НРК заменить людей по линии фронта в некоем обозримом будущем?

НРК вместо бойца?
На сегодняшний день наземные роботизированные комплексы могут выполнять функции минирования, доставки грузов и эвакуации раненных, оказания огневой поддержки как на позиции, так и в ходе штурмовых действий. Но при всем при этом в первую очередь это поддержка, и на нынешнем этапе нельзя говорить о том, что такие комплексы смогут полностью заменять штурмовые группы или же группы зачистки.
В свою очередь на особо сложных участках фронта с достаточно высокой плотностью огня они в комплексе с воздушной компонентой вполне могут оказывать на тактическом уровне не просто поддержку, но и выполнять боевые задачи ограниченного функционала.
В любом случае важно не только понимать, каков нынешний уровень использования функционала НРК, но и то, что мы находимся только в самом начале пути по их интеграции в войсках и именно Украина наиболее успешно реализует эти проекты.
Не удивлюсь, если в течение 2026 года мы всё чаще будем наблюдать проведение рейдовых действий СОУ или операции групп зачистки в сопровождении НРК как штатной единицы. Украина меняет облик современной войны на море, в воздухе и как мы видим – на суше. И на суше совершить глобальный прорыв намного сложнее, но наши решения прошлых лет - видоизмененные, улучшенные и преобразованные в современных реалиях - это создание предпосылок для будущего технологического прорыва в области наземных роботизированных комплексов, где украинская продукция будет законодателем.
Почему-то я в этом даже не сомневаюсь.