Вот такие штришки истории

[don_katalan]

Марина Шаповалова
Видишь ли, племя младое, не знакомое с нравами старины советской…
Высшим допуском в партийно-хозяйственную элиту любого уровня было приглашение новенького функционера в баню.
Собственно баня могла быть особой, в которую простые смертные не имели доступа. Могла находиться в загородном доме отдыха или санатории и по определённым дням закрываться на «санитарный день». Могла быть частной, построенной на даче большого начальника в охраняемом посёлке. Дело не в самой бане, а в сопутствующей мероприятию программе. В которую входили накрытый дефицитами стол и всякие развлечения, от приглашённых артистов до специально организованной охоты – это на наиболее высоких руководящих уровнях. И, конечно, девочки как угощение. Хотя этим словом назывались молодые, но вполне взрослые лица женского пола «с пониженной социальной ответственностью».
Приглашение на такую банную вечеринку, скромную по нынешним меркам или шикарную до беспредела, означало членство в неофициальном клубе настоящих хозяев города, области, края или республики. Там в том числе обсуждались вопросы, непроизносимые в официальных кабинетах. Совершались «теневые» договорённости, устанавливались контакты и заключались сделки, проводились денежные расчёты, утрясались проблемы делового и межличностного характера, решались судьбы. Через допущенных в более высокие бани проходила «вертикальная» коммуникация и обратная связь. Главное, всё делалось хоть и в ритуальных форматах, но быстро и эффективно, без бюрократических проволочек, немыслимых между своими. А сексуальная составляющая дружеского досуга как бы скрепляла тесный круг узами тайного сговора. Чем-то вроде посвящения через причастность.
Женщины, протиравшие свои костюмные юбки в комитетах и советах всех уровней, вплоть до центрального и верховного, по понятным причинам в «банные» элитные кружки обычно не входили, даже если были близки к ним, но как бы немножко в сторонке. Перемена нравов в этой части началась где-то в середине семидесятых, но в результате вырастила редкий тип дамочек-заправил, деловитых и хватких хищниц, проявившихся в послесоветские девяностые. «Банный» дебют их карьер, во-первых, означал недюжинные способности, ради которых стоило пересматривать традиционные патриархальные представления о скрепах «мужской дружбы». А во-вторых, со старта закалял натуру непробиваемым цинизмом.
Вот такие штришки истории. Без имён, намёков и выводов.
Для размышлений достаточно, а остальное – лишнее.