Шон Таунсенд
У Лукаша Олейника сегодня в очередной раз наткнулся на мысль о том, как важно разделение на комбатантов и некомбатантов, и что украинские хакеры таким образом подвергают себя риску. Пока я не дал себе труда подумать, меня эта позиция просто подбешивала, а теперь я кажется понял в чем дело. Не все видимо представляют, что происходит в голове у россиян.
А россияне относятся к украинцам, как к “плохим русским”, которые подлежат перевоспитанию (с помощью пыток и убийств). Население оккупированных территорий - недвижимое имущество, которое к ним прилагается.
И если “плохой русский” приложит максимум усилий для того, чтобы исправиться (путем предательства и коллаборации), откажется от своей "глупой" страны и "выдуманной" идентичности, то может быть добрый ̶р̶у̶с̶с̶к̶и̶й̶ многонациональный народ позволит унтерменшу приобщится к великой русской культуре Киркова, гордиться героями россии Кадыровым и Ямадаевым, впитывать мудрость профессора Дугина, стараться нужно изо всех сил.
Любое другое поведение, включая естественную брезгливость по отношению к оккупантам воспринимается, не просто как сопротивление, а так будто бы неблагодарная, больная бешенством скотина попыталась в загадочную душу насрать.
Поэтому спор о “комбатантах и некомбатантах” полностью лишен смысла. Россия проводит в Украине геноцид. С такими нельзя договориться о соблюдении каких-то правил jus in bello, они когда сказали в 2014 “это не мы”, отказались и от субъектности, и от человеческого облика. Все равно что с саранчой обсуждать правила сбора урожая.
=====
Алі Татар-заде
коли на Московщині пролунає — «Сарынь на кічьку!» (літ. пер.: "властєй нєт, стало быть всё дозволєно"), то першими почнуть вбивати воєнкоматчіков.
Вони, ще недавно смішні дядьки з дешевої синекури, з 22 року перетворилися на доларових міліонерів, та ще й суперзлодєєв: деруть гроші за влаштування в "тероборонє", а потім щасливий покупець приходить до тями вже під обстрілами в Бахмуті.
Перед ними плазують директори супермаркетів, депутати і госчіновнікі. Їх ненавидять.
В московита ніколи не самозародиться думка, що воєнкоми - передаточное звєно. (Хіба що глава якоїсь секти їм це розкаже на всіх каналах). Для них війна путіна - це ура-зашибісь, а воєнкоми - пятая колонна, яка дискредитує войну священную, бере кого попало (що сразу мене? он скільки інших, чому не їх??).
Феесбешників в лице знають мало. У ментів тісні зв'язки з криміналом. Чиновники перефарбуються в стрибку. А воєнкоми - ось вони, товсті, підстаркуваті, зло во плоті.
У Лукаша Олейника сегодня в очередной раз наткнулся на мысль о том, как важно разделение на комбатантов и некомбатантов, и что украинские хакеры таким образом подвергают себя риску. Пока я не дал себе труда подумать, меня эта позиция просто подбешивала, а теперь я кажется понял в чем дело. Не все видимо представляют, что происходит в голове у россиян.
А россияне относятся к украинцам, как к “плохим русским”, которые подлежат перевоспитанию (с помощью пыток и убийств). Население оккупированных территорий - недвижимое имущество, которое к ним прилагается.
И если “плохой русский” приложит максимум усилий для того, чтобы исправиться (путем предательства и коллаборации), откажется от своей "глупой" страны и "выдуманной" идентичности, то может быть добрый ̶р̶у̶с̶с̶к̶и̶й̶ многонациональный народ позволит унтерменшу приобщится к великой русской культуре Киркова, гордиться героями россии Кадыровым и Ямадаевым, впитывать мудрость профессора Дугина, стараться нужно изо всех сил.
Любое другое поведение, включая естественную брезгливость по отношению к оккупантам воспринимается, не просто как сопротивление, а так будто бы неблагодарная, больная бешенством скотина попыталась в загадочную душу насрать.
Поэтому спор о “комбатантах и некомбатантах” полностью лишен смысла. Россия проводит в Украине геноцид. С такими нельзя договориться о соблюдении каких-то правил jus in bello, они когда сказали в 2014 “это не мы”, отказались и от субъектности, и от человеческого облика. Все равно что с саранчой обсуждать правила сбора урожая.
=====
Алі Татар-заде
коли на Московщині пролунає — «Сарынь на кічьку!» (літ. пер.: "властєй нєт, стало быть всё дозволєно"), то першими почнуть вбивати воєнкоматчіков.
Вони, ще недавно смішні дядьки з дешевої синекури, з 22 року перетворилися на доларових міліонерів, та ще й суперзлодєєв: деруть гроші за влаштування в "тероборонє", а потім щасливий покупець приходить до тями вже під обстрілами в Бахмуті.
Перед ними плазують директори супермаркетів, депутати і госчіновнікі. Їх ненавидять.
В московита ніколи не самозародиться думка, що воєнкоми - передаточное звєно. (Хіба що глава якоїсь секти їм це розкаже на всіх каналах). Для них війна путіна - це ура-зашибісь, а воєнкоми - пятая колонна, яка дискредитує войну священную, бере кого попало (що сразу мене? он скільки інших, чому не їх??).
Феесбешників в лице знають мало. У ментів тісні зв'язки з криміналом. Чиновники перефарбуються в стрибку. А воєнкоми - ось вони, товсті, підстаркуваті, зло во плоті.
В который раз повторяю.
Date: 2023-03-20 04:28 pm (UTC)Re: В который раз повторяю.
Date: 2023-03-20 07:10 pm (UTC)И снова повторяю.
Date: 2023-03-20 07:30 pm (UTC)no subject
Date: 2023-03-20 07:51 pm (UTC)Потому что в Среднем и Нижнем Поволжье, где собственно "Сарынь на кичку" и раздавался, оный крик однозначно литературно транслируется примерно как "всем, не имеющим связей с государством российским или лично не заинтересованным в неуспехе нашей экспроприации экспроприаторов на просторах вел. русск. рек., настоятельно рекомендуется в целях сохранности жизни и здоровья срочно проследовать на носовой помост речного судна"