«Справа банкира Доброго»
Apr. 26th, 2018 10:47 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
don_katalanАлі Татар-заде
16 год ·
#сто_років_тому в Україні сталася детективна історія, яка безспосередньо передувала поваленню Республіки та оголошенню Гетьманства. Вона отримала назву «Справа банкира Доброго», за ім’ям фінансового воротили, який зник в ніч на 25 квітня 1918.
— Викрадення банкира Доброго. — Початок кінця Центральної Ради. — Заколот гетьманців. — Дискредитація Республіки. — Останнє слово засудженого.
.
_____________
.
Дмитро Дорошенко:
.
«Правительство Ц. Ради передчувало, що над його головою збираються хмари, але не спромоглося ні на які серйозні заходи, щоб себе оборонити.
Вже з самого початку квітня по Київу ходили чутки, що готується якийсь переворот, усі про те знали й говорили.
Правительство спромоглось тільки на якусь чудну й загадкову авантюру з арештом і таємним вивезенням з Київа до Харкова київського банкіра Ю. Доброго, котрий належав до фінансової комісії, яка вела переговори з німцями про торгівельний договір».
.
_____________
.
Борис Стеллецкий:
.
Разочаровавшись в способностях Украинского эсеровского правительства выполнить условия договора по поставке продовольствия и военных запасов, а также в организации внутренней охраны порядка, на которую немцы должны были расходовать свои военные силы, германцы решили действовать другим способом.
Они вошли в соглашение с банками, главным образом, Народным, который в лице его главного директора распорядителя еврея Доброго за известное комиссионное вознаграждение взялся скупать якобы для себя продовольствие от населения.
Результаты оказались отличные.
Добрый, прекрасно знавший местные условия, происходивший из местных маклеров, и благодаря своим способностям еще в довоенное время выдвинувшийся до директоров-распорядителей одного из крупнейших киевских банков, производивших операции с сахаром и зерном, естественно легко установил правильную организацию скупки продуктов, которые затем стали поступать в распоряжение германского командования.
.
_____________
.
С.Сумский (Соломон Каплун)
“Одиннадцать переворотов”.
.
В одном украинское правительство было право: оно совершенно верно учитывало, что командование подпало под влияние помещичьих и реакционно-промышленных кругов на Украине.
Эти круги были, во-первых, ярые антисамостийники и дискредитировали в глазах немцев всю украинскую государственность, доказывая, что никакого украинского народа нет,
во-вторых, с ненавистью относились к полуинтеллигенции из Рады, невежественной, самоуверенной,
относились с ненавистью и презрением как потому, что все эти сельские учителя, фельдшера и маленькие журналисты были все-таки демократия, так и потому, что они совершенно неспособны были к какой-нибудь государственной и хозяйственной деятельности.
Правительство Украинской национальной республики решило бороться с влиянием среди немцев этих реакционных кругов, по своей наивности полагая, что если укротить реакционеров, то немцы перейдут на сторону украинских демократов.
И правительство Украинской национальной республики избрало метод борьбы, быть может, самый постыдный из всех в немалой мере постыдных методов борьбы, применявшихся в граіжданской войне.
По сведениям правительства Украинской национальной республики, особым уважением среди немцев пользовался известный в Киеве банкир, директор Русского для внешней торговли банка, Добрый.
.
_____________
.
Павло Христюк:
.
«Малося на увазі арештувати цілком одкрито одночасно кількох визначних контрреволюціонерів.
Одначе міністр внутрішніх справ М.Ткаченко з невідомої причини арештував тільки Доброго і то незвичайним способом таємного арешту під фірмою якоїсь приватної організації,
чим надав справі арешту авантюристичного характеру, поставивши ціле Правительство і особливо голову Ради міністра Голубовича в ненатуральне становище».
.
_____________
.
Борис Стеллецкий:
.
Для противодействия немцам партия эсеров организовала отдельный союз из наиболее патриотично настроенных лиц, в состав которого вошло три министра.
Одной из мер противодействия германцам явилось похищение Доброго, как верного германского агента.
Однажды вечером на квартиру Доброго явилось несколько лиц, и предложили ему следовать за ними.
Добрый был посажен в ожидавший его у подъезда дома автомобиль и отвезен на вокзал, где его посадили в поезд и отправили в Харьков под охраной верных людей.
На следующий день весь Киев был крайне озадачен этим неожиданным и непонятным исчезновением директора Банка.
Первое, что пришло в голову, что Добрый, ограбив Банк, бежал, но ни в Банке, ни на квартире не было следов, чтобы он что-либо взял с собой; документы и даже самые необходимые для путешествия вещи оказались налицо.
Явилось новое предположение, что Добрый похищен грабителями, чтобы затем получить за него выкуп, но никто не являлся.
И только через несколько дней стало выясняться, что автомобиль, подъезжавший к дому, где жил Добрый, был казенный, что кто-то под усиленным конвоем отправлен на поезд, отправлявшийся в Полтаву, и что день отправления совпадал с днем исчезновения Доброго.
Таким образом, германская тайная полиция постепенно дошла до нитей этого похищения и до самой организации «Спасения родины» и участии в ней членов правительства.
.
_____________
.
Алєксєй Гольденвейзер:
В одно прекрасное утро,—дело было в двадцатых числах апреля,—город был встревожен известием о происшедшем ночыо таинственном похищении директора Русского для внешней торговли банка А. Ю. Доброго.
К его дому подъехали какие-то люди и, предъявив мандат, увезли его в автомобиле.
Дом находился недалеко от полицейского участка, куда успели дать знать.
Но приехавшие представители сыскной полиции вели себя как-то странно и никаких мер не приняли.
Несмотря на это последнее, никто в городе не сомневался, что Добрый не арестован законными властями, а пал жертвой каких-то вымогателей и налетчиков.
Эту версию не опровергало и правительство.
.
_____________
.
С.Сумский:
.
И вот министр внутренних дел Ткаченко вместе с военным министром Жуковским при одобрении премьер-министра Голубовича, организовывают похищение Доброго.
В квартиру Доброго вошли четыре вооруженных человека, из которых один был — сам военный министр, в масках, с револьверами в руках, заставили Доброго выйти, усадили в автомобиль и увезли в неизвестном направлении.
Это похищение банкира среди бела дня вызвало в Киеве большое волнение.
Украинское правительство, т. е. те же Ткаченко, Жуковский и Голубович, опубликовало правительственное сообщение, в котором говорилось, что правительство взволновано подобного рода фактом, и что им приняты все меры к отысканию Доброго и наказанию виновных.
.
_____________
.
Алєксєй Гольденвейзер:
Впоследствии выяснилось, что Добрый был не похищен, а подвергнут аресту и высылке по распоряжению двух министров — Ткаченко и Жуковского — с ведома мийистра-президента Голубовича.
Причиной его ареста было его предполагаемое германофильство
(Некоторые украинские круги в то время конспирировали против немцев)
Фактически этот «арест», однако, мало отличался от самочинного налета:
достойные исполнители министерского приказа за взятку согласились отвезти арестованного не в тот глухой городок, куда он значился высланным, а в Харьков.
В Харькове ему удалось дать знать о себе немецким офицерам, которые и освободили его через несколько дней после падения Рады.
Но не только низшие агенты — само украинское правительство вело себя странно и недостойно в этом деле.
На запросы с разных сторон, в том числе от немцев, Ткаченко и другие министры отвечали, что приняты меры к розыску Доброго.
Это, разумеется, укрепляло всех в предположении о самочинном налете.
В официальных заседаниях кабинета, как мне передавал Лацкий, о случае с Добрым говорилось в таком же смысле.
Между тем одни из министров знали, а другие подозревали правду.
Как выяснилось впоследствии на суде, знал ее и премьер Голубович.
И тем не менее кабинет продолжал свою недостойную игру.
На мой вопрос в закрытом заседании Рады, как он объясняет непонятный образ действий уголовно-розыскного отделения, министр юстиции Шелухин кратко ответил мне, что не может дать никаких сведений по этому делу.
Я объяснил себе его ответ, сказанный в довольно резком тоне, нежеланием нашего генерал-прокурора обнаруживать тайны незаконченного следственного производства.
В действительности, однако, Шелухин, повидимому, также чуял правду, но не установил еще своей линии поведения.
Германские власти через несколько дней, видимо, получили сведения о причастности к делу Доброго украинских министров.
Это и решило судьбу министерства Голубовича, а вместе с тем судьбу избравшей его Центральной Рады.
.
_____________
.
Дорошенко:
.
«Арешт Доброго дуже наполохав німців і вони надали цій афері якогось надзвичайного значіння.
Серед них ходили чутки, ніби якась організація під назвою “Комітет порятунку України” задумує вирізати в одну ніч усіх німецьких офіцерів у Київі і т. п. страхи.
Спочатку німецькі власті звернулися до Голубовича, але він нічого не міг вдіяти.
Тоді німці узялись за свої засоби.
25-го квітня фельдмаршал Айхгорн опублікував свій наказ про заведення німецьких польових судів на Україні, а німецька влада розпочала в справі арешту Доброго слідство сама».
.
_____________
.
Алєксєй Гольденвейзер:
Я имел в этот день судебное заседание и, возвращаясь около 2 часов дня домой, увидел, что по всему городу расклеены афишки с каким-то приказом на немецком и русском языках.
Возле афишек толпилась публика, оживленно комментируя текст приказа.
Я протиснулся к одной из афиш и прочел приказ главнокомандующего немецкими войсками ф.-Эйхгорна, в котором говорилось о зловредной агитации против германских властей и объявлялось, что отныне всякие проступки против немцев будут караться германскими военно-полевыми судами.
Трудно было установить связь между этим распоряжением и исчезновением Доброго, но смысл приказа был совершенно ясен.
Он объявлял по существу о военной оккупации Украины германскими войсками.
«Союзная и дружественная армия», в качестве которой пришли немцы, разумеется, не устанавливает своей юрисдикции над гражданским населением занятой территории и во всяком случае не делает этого без ведома ,и согласия «союзного» правительства.
Приказом Эйхгорна маска была сорвана.
.
_____________
.
С.Сумский:
.
Немцам удалось не только скомпрометировать «демократическое» правительство, но доказать всю его моральную негодность.
Немцы говорили:
— Нас не интересует, какое у вас правительство; пусть будут демократы, социалисты, монархисты, но нельзя допускать мазуриков, невежд и самоуверенно-наглых мальчишек.
Мы вмешиваемся не в политические отношения на Украине, а охраняем порядок.
И в целях охраны порядка нельзя допускать Голубовичей.
Как жаль, что украинские демократы давали немцам повод так оправдывать свою политику.
.
_____________
.
Борис Стеллецкий:
.
Германское правительство приняло решение разогнать существующее украинское правительство.
Но чем же его заменить?
Военная партия предлагала объявить Украину оккупированной наподобие Польши.
Однако, по подсчету, для планомерного проведения этой меры потребовалось бы такое огромное количество чиновников и такое значительное усиление войск, что в результате понадобилось бы более значительные силы, чем те, которые оперировали на Юго-Западном фронте, а чиновников не хватило бы со всей Германии.
Тогда Генерального штаба майор Гаазе, заведывавший германской военной контрразведкой и военной полицией, измыслил новый план, который искусно провел в жизнь.
Действуя через своих агентов из местной интеллигенции, которые сами не знали, что они являются агентами Гаазе и послушным его орудием, он добился того, что решено было созвать в Киеве союз представителей землевладельцев (хлеборобов);
одновременно начались переговоры с некоторыми украинцами о желательности восстановить исторически национальный тип украинского образа правления в виде выборного гетмана.
Для отвлечения внимания эти переговоры сразу велись с несколькими лицами
- Скоропадским,
- доктором Луцким [И. М. Луценко] и
- Полтавцом.
Каждый из них представлял для немцев свою ценность.
Скоропадский --- аристократ, монархист, генерал, богач, потомок гетманского происхождения, слабовольный, но достаточно честолюбивый.
Доктор Луцкий --- сильный оратор, умеющий увлечь за собой массу, убежденный украинец, умеренный социалист, хороший организатор.
Полтавец --- выходец из Галиции, типичный политический авантюрист, готовый на всякие комбинации, сулящие ему выгоду, также потомок гетманского происхождения.
После тщательной проверки этих трех кандидатов и ввиду того, что монархисты, окружавшие германское командование, усиленно склоняли последнее на сторону своего кандидата, германское командование остановило свой выбор на Скоропадском, рассчитывая найти в нем точного исполнителя своих предначертаний.
Кроме того, они рассчитывали, что как человек петроградского высшего круга он сумеет поддержать престиж высшей власти страны, и что с ним легко будет сговориться.
.
_____________
.
В. М. Левитский.
«Борьба на Юге».
.
Первое время немцы были очень корректны, внимательно изучая окружающее.
На подмостки были выпущены украинцы.
Они вообразили себя настоящими актерами и ставили спектакль за спектаклем.
К ним сейчас же пристроились и наши социалисты.
Немцы быстро определили их удельный вес и начали искать опоры в других кругах.
Вот тут то и началось самое ужасное и самое позорное, из всего, что пришлось переживать за революцию.
Это незабываемый процесс «всеобщего киевского раздевания».
Немцы ловко начали с поощрения спекуляции.
Спекулировали тогда всем: салом, хлебом, денежными знаками, лесом и т. п., когда аппетиты разгорелись, немцы пустили в оборот свои товары.
Они спекулировали страхом перед большевиками, привязанностью к движимому и недвижимому имуществу, всем видам украинизации, социализации и пр.
За успокоение, за обещание, за сочувствие им охотно отдавали не только сахар и хлеб, но и честь.
Когда обе стороны, после ряда сделок, хорошо узнали друг друга, перешли к планам.
Начали, как и с украинцами, с парадного спектакля.
На этот раз был выбран цирк.
Первые роли были отданы «хлеборобам».
Вторые любезно согласились исполнять самые настоящие русские люди.
Решено было выбрать Гетмана всея Украины.
Составили заговор.
Первую часть его, свержение Рады, провели без участия русских, просто пришел немецкий отряд, кого надо разогнал, кого следовало, взял с собою.
Украинцы и пикнуть не посмели.
Киев сиял.
Вторая часть была сложнее.
В особняке бывшего предводителя дворянства Безака на Елизаветинской, ежедневно заседала небольшая группа заговорщиков.
Они очень конспирировались, но больше «для интересности», как говорят дети.
Бояться им решительно было нечего: дом Безака и днем и ночью охранялся немецкими караулами.
На заседаниях, кроме хозяина, бывали Лизогуб, Вишневский, Бутенко (бывший управляющий Подольской железной дорогой), Сахно-Устимович, Гижицкий, бывший полицмейстер Горностаев.
Из немцев присутствовали майоры Генерального штаба Альвенслебен и Гаазе.
Самый спектакль был поставлен довольно умело.
Был созван съезд «хлеборобов», мелких землевладельцев, в громадном большинстве крестьян.
Съезд не был посвящен в «планы».
Выборы же гетмана произошли так.
К одному из русских офицеров вечером приехал бывший член Государственной Думы Гижицкий, вынул из кармана 5000 рублей и заявил:
— «Наберите 30 человек "для дела". Пока пусть только ежедневно являются в назначенное вами место. Опоздавших исключайте. Платите по 15 рублей в день и выдайте 100 рублей единовременно».
Желающих нашлось сколько угодно.
Отбою не было.
— «Я с ними строго, чуть опоздал, кандидатом заменю» --- рассказывал мне сам антрепренер.
Через несколько дней им объявили, что их приведут в цирк, где они по данному знаку должны кричать:
— «Гетмана нам треба! Гетмана!»
— «Если кто будет возражать, спустите с лестницы, не считаясь ни с чином, ни со званием».
Все и было исполнено в точности.
— «Кричали честно», как сами потом, смеясь, рассказывали эти замечательные русские люди.
.
_____________
.
С.Сумский:
.
Несколько забегая вперед, я расскажу сейчас же, чем закончился эпизод с похищением Доброго.
Немецким сыщикам удалось установить, что Добрый был увезен в Харьков, где и содержался в вагоне на запасном пути под охраной верного Ткаченко отряда.
Добрый был немцами освобожден и доставлен в Киев, а министры Украинской национальной республики предстали перед германским военно-полевым судом.
Три дня длился этот процесс.
В «Киевской мысли» был напечатан подробный стенографический отчет этого процесса, и для историка он представит огромный интерес.
Сейчас только отмечу, что подсудимые — военный министр, два директора департамента и начальник уголовного розыска — держали себя очень плохо.
Они оправдывались, путали, просили о снисхождении и снова путали, путали без конца.
Прокурор, типичный грубый прусский лейтенант, третировал подсудимых, как мальчишек, обращался с ними пренебрежительно;
— Когда с вами разговаривает прокурор, вы должны стоять ровно и не держать рук в карманах...
Это было почти драматично — и вследствие невыносимой грубости прокурора, и вследствие жалкого испуганного вида подсудимых:
они боялись, повидимому, смертного приговора, хотя прокурор требовал всего лишь двух лет тюремного заключения во внимание к молодости и незрелости подсудимых
(только один из них был взрослый человек, начальник сыскного отделения еще при царском режиме — Красовский, зато один из подсудимых был, кажется, несовершеннолетний).
Но самый драматический эффект прокурор подготовил к концу, ко времени допроса премьера Голубовича.
Относительно участия Голубовича в похищении не было никаких данных, и путем тонкого допроса прокурор вырвал у Голубовича сознание.
Ему предшествовала истерика; для успокоения премьера пришлось устроить перерыв.
После перерыва премьер сознался, и из свидетельской комнаты ему пришлось перейти на скамью подсудимых. Премьер обещал прокурору больше никогда этого не делать.
Прокурор в этом нисколько не сомневался:
— Я не думаю, - сказал он, - что вам вновь когда-нибудь придется стоять во главе правительства.
Его тоже приговорили, кажется, к двух годам тюрьмы.
.
Большего позора, для украинского правительства, чем этот процесс, не придумаешь, хотя обыкновенно все симпатии бывают на стороне подсудимых.
Симпатии огромного зала, как это ни дико, были целиком на стороне суда: немцы великолепно разыграли этот процесс.
Когда я уходил из зала суда, какой-то старичок, сидевший в публике, обернулся ко мне и сказал:
— Слава богу, что немцы освободили нас от этих мальчишек и бандитов.
.
_____________
.
В якості іншої точки зору ми відсилаємо до спогадів одного зі звинувачених в викраденні Доброго – воєнміністра Олександра Жуковського.
Якщо коротко, він все відкидає.
Текст, дайджестований нами з його мемуарів – дуже великий, тому надаємо його окремим посиланням
О.Жуківський, Військовий міністр УНР:
“На суд громадянства”
https://www.facebook.com/groups/hronika20/permalink/185328685438494/
16 год ·
#сто_років_тому в Україні сталася детективна історія, яка безспосередньо передувала поваленню Республіки та оголошенню Гетьманства. Вона отримала назву «Справа банкира Доброго», за ім’ям фінансового воротили, який зник в ніч на 25 квітня 1918.
— Викрадення банкира Доброго. — Початок кінця Центральної Ради. — Заколот гетьманців. — Дискредитація Республіки. — Останнє слово засудженого.
._____________
.
Дмитро Дорошенко:
.
«Правительство Ц. Ради передчувало, що над його головою збираються хмари, але не спромоглося ні на які серйозні заходи, щоб себе оборонити.
Вже з самого початку квітня по Київу ходили чутки, що готується якийсь переворот, усі про те знали й говорили.
Правительство спромоглось тільки на якусь чудну й загадкову авантюру з арештом і таємним вивезенням з Київа до Харкова київського банкіра Ю. Доброго, котрий належав до фінансової комісії, яка вела переговори з німцями про торгівельний договір».
.
_____________
.
Борис Стеллецкий:
.
Разочаровавшись в способностях Украинского эсеровского правительства выполнить условия договора по поставке продовольствия и военных запасов, а также в организации внутренней охраны порядка, на которую немцы должны были расходовать свои военные силы, германцы решили действовать другим способом.
Они вошли в соглашение с банками, главным образом, Народным, который в лице его главного директора распорядителя еврея Доброго за известное комиссионное вознаграждение взялся скупать якобы для себя продовольствие от населения.
Результаты оказались отличные.
Добрый, прекрасно знавший местные условия, происходивший из местных маклеров, и благодаря своим способностям еще в довоенное время выдвинувшийся до директоров-распорядителей одного из крупнейших киевских банков, производивших операции с сахаром и зерном, естественно легко установил правильную организацию скупки продуктов, которые затем стали поступать в распоряжение германского командования.
.
_____________
.
С.Сумский (Соломон Каплун)
“Одиннадцать переворотов”.
.
В одном украинское правительство было право: оно совершенно верно учитывало, что командование подпало под влияние помещичьих и реакционно-промышленных кругов на Украине.
Эти круги были, во-первых, ярые антисамостийники и дискредитировали в глазах немцев всю украинскую государственность, доказывая, что никакого украинского народа нет,
во-вторых, с ненавистью относились к полуинтеллигенции из Рады, невежественной, самоуверенной,
относились с ненавистью и презрением как потому, что все эти сельские учителя, фельдшера и маленькие журналисты были все-таки демократия, так и потому, что они совершенно неспособны были к какой-нибудь государственной и хозяйственной деятельности.
Правительство Украинской национальной республики решило бороться с влиянием среди немцев этих реакционных кругов, по своей наивности полагая, что если укротить реакционеров, то немцы перейдут на сторону украинских демократов.
И правительство Украинской национальной республики избрало метод борьбы, быть может, самый постыдный из всех в немалой мере постыдных методов борьбы, применявшихся в граіжданской войне.
По сведениям правительства Украинской национальной республики, особым уважением среди немцев пользовался известный в Киеве банкир, директор Русского для внешней торговли банка, Добрый.
.
_____________
.
Павло Христюк:
.
«Малося на увазі арештувати цілком одкрито одночасно кількох визначних контрреволюціонерів.
Одначе міністр внутрішніх справ М.Ткаченко з невідомої причини арештував тільки Доброго і то незвичайним способом таємного арешту під фірмою якоїсь приватної організації,
чим надав справі арешту авантюристичного характеру, поставивши ціле Правительство і особливо голову Ради міністра Голубовича в ненатуральне становище».
.
_____________
.
Борис Стеллецкий:
.
Для противодействия немцам партия эсеров организовала отдельный союз из наиболее патриотично настроенных лиц, в состав которого вошло три министра.
Одной из мер противодействия германцам явилось похищение Доброго, как верного германского агента.
Однажды вечером на квартиру Доброго явилось несколько лиц, и предложили ему следовать за ними.
Добрый был посажен в ожидавший его у подъезда дома автомобиль и отвезен на вокзал, где его посадили в поезд и отправили в Харьков под охраной верных людей.
На следующий день весь Киев был крайне озадачен этим неожиданным и непонятным исчезновением директора Банка.
Первое, что пришло в голову, что Добрый, ограбив Банк, бежал, но ни в Банке, ни на квартире не было следов, чтобы он что-либо взял с собой; документы и даже самые необходимые для путешествия вещи оказались налицо.
Явилось новое предположение, что Добрый похищен грабителями, чтобы затем получить за него выкуп, но никто не являлся.
И только через несколько дней стало выясняться, что автомобиль, подъезжавший к дому, где жил Добрый, был казенный, что кто-то под усиленным конвоем отправлен на поезд, отправлявшийся в Полтаву, и что день отправления совпадал с днем исчезновения Доброго.
Таким образом, германская тайная полиция постепенно дошла до нитей этого похищения и до самой организации «Спасения родины» и участии в ней членов правительства.
.
_____________
.
Алєксєй Гольденвейзер:
В одно прекрасное утро,—дело было в двадцатых числах апреля,—город был встревожен известием о происшедшем ночыо таинственном похищении директора Русского для внешней торговли банка А. Ю. Доброго.
К его дому подъехали какие-то люди и, предъявив мандат, увезли его в автомобиле.
Дом находился недалеко от полицейского участка, куда успели дать знать.
Но приехавшие представители сыскной полиции вели себя как-то странно и никаких мер не приняли.
Несмотря на это последнее, никто в городе не сомневался, что Добрый не арестован законными властями, а пал жертвой каких-то вымогателей и налетчиков.
Эту версию не опровергало и правительство.
.
_____________
.
С.Сумский:
.
И вот министр внутренних дел Ткаченко вместе с военным министром Жуковским при одобрении премьер-министра Голубовича, организовывают похищение Доброго.
В квартиру Доброго вошли четыре вооруженных человека, из которых один был — сам военный министр, в масках, с револьверами в руках, заставили Доброго выйти, усадили в автомобиль и увезли в неизвестном направлении.
Это похищение банкира среди бела дня вызвало в Киеве большое волнение.
Украинское правительство, т. е. те же Ткаченко, Жуковский и Голубович, опубликовало правительственное сообщение, в котором говорилось, что правительство взволновано подобного рода фактом, и что им приняты все меры к отысканию Доброго и наказанию виновных.
.
_____________
.
Алєксєй Гольденвейзер:
Впоследствии выяснилось, что Добрый был не похищен, а подвергнут аресту и высылке по распоряжению двух министров — Ткаченко и Жуковского — с ведома мийистра-президента Голубовича.
Причиной его ареста было его предполагаемое германофильство
(Некоторые украинские круги в то время конспирировали против немцев)
Фактически этот «арест», однако, мало отличался от самочинного налета:
достойные исполнители министерского приказа за взятку согласились отвезти арестованного не в тот глухой городок, куда он значился высланным, а в Харьков.
В Харькове ему удалось дать знать о себе немецким офицерам, которые и освободили его через несколько дней после падения Рады.
Но не только низшие агенты — само украинское правительство вело себя странно и недостойно в этом деле.
На запросы с разных сторон, в том числе от немцев, Ткаченко и другие министры отвечали, что приняты меры к розыску Доброго.
Это, разумеется, укрепляло всех в предположении о самочинном налете.
В официальных заседаниях кабинета, как мне передавал Лацкий, о случае с Добрым говорилось в таком же смысле.
Между тем одни из министров знали, а другие подозревали правду.
Как выяснилось впоследствии на суде, знал ее и премьер Голубович.
И тем не менее кабинет продолжал свою недостойную игру.
На мой вопрос в закрытом заседании Рады, как он объясняет непонятный образ действий уголовно-розыскного отделения, министр юстиции Шелухин кратко ответил мне, что не может дать никаких сведений по этому делу.
Я объяснил себе его ответ, сказанный в довольно резком тоне, нежеланием нашего генерал-прокурора обнаруживать тайны незаконченного следственного производства.
В действительности, однако, Шелухин, повидимому, также чуял правду, но не установил еще своей линии поведения.
Германские власти через несколько дней, видимо, получили сведения о причастности к делу Доброго украинских министров.
Это и решило судьбу министерства Голубовича, а вместе с тем судьбу избравшей его Центральной Рады.
.
_____________
.
Дорошенко:
.
«Арешт Доброго дуже наполохав німців і вони надали цій афері якогось надзвичайного значіння.
Серед них ходили чутки, ніби якась організація під назвою “Комітет порятунку України” задумує вирізати в одну ніч усіх німецьких офіцерів у Київі і т. п. страхи.
Спочатку німецькі власті звернулися до Голубовича, але він нічого не міг вдіяти.
Тоді німці узялись за свої засоби.
25-го квітня фельдмаршал Айхгорн опублікував свій наказ про заведення німецьких польових судів на Україні, а німецька влада розпочала в справі арешту Доброго слідство сама».
.
_____________
.
Алєксєй Гольденвейзер:
Я имел в этот день судебное заседание и, возвращаясь около 2 часов дня домой, увидел, что по всему городу расклеены афишки с каким-то приказом на немецком и русском языках.
Возле афишек толпилась публика, оживленно комментируя текст приказа.
Я протиснулся к одной из афиш и прочел приказ главнокомандующего немецкими войсками ф.-Эйхгорна, в котором говорилось о зловредной агитации против германских властей и объявлялось, что отныне всякие проступки против немцев будут караться германскими военно-полевыми судами.
Трудно было установить связь между этим распоряжением и исчезновением Доброго, но смысл приказа был совершенно ясен.
Он объявлял по существу о военной оккупации Украины германскими войсками.
«Союзная и дружественная армия», в качестве которой пришли немцы, разумеется, не устанавливает своей юрисдикции над гражданским населением занятой территории и во всяком случае не делает этого без ведома ,и согласия «союзного» правительства.
Приказом Эйхгорна маска была сорвана.
.
_____________
.
С.Сумский:
.
Немцам удалось не только скомпрометировать «демократическое» правительство, но доказать всю его моральную негодность.
Немцы говорили:
— Нас не интересует, какое у вас правительство; пусть будут демократы, социалисты, монархисты, но нельзя допускать мазуриков, невежд и самоуверенно-наглых мальчишек.
Мы вмешиваемся не в политические отношения на Украине, а охраняем порядок.
И в целях охраны порядка нельзя допускать Голубовичей.
Как жаль, что украинские демократы давали немцам повод так оправдывать свою политику.
.
_____________
.
Борис Стеллецкий:
.
Германское правительство приняло решение разогнать существующее украинское правительство.
Но чем же его заменить?
Военная партия предлагала объявить Украину оккупированной наподобие Польши.
Однако, по подсчету, для планомерного проведения этой меры потребовалось бы такое огромное количество чиновников и такое значительное усиление войск, что в результате понадобилось бы более значительные силы, чем те, которые оперировали на Юго-Западном фронте, а чиновников не хватило бы со всей Германии.
Тогда Генерального штаба майор Гаазе, заведывавший германской военной контрразведкой и военной полицией, измыслил новый план, который искусно провел в жизнь.
Действуя через своих агентов из местной интеллигенции, которые сами не знали, что они являются агентами Гаазе и послушным его орудием, он добился того, что решено было созвать в Киеве союз представителей землевладельцев (хлеборобов);
одновременно начались переговоры с некоторыми украинцами о желательности восстановить исторически национальный тип украинского образа правления в виде выборного гетмана.
Для отвлечения внимания эти переговоры сразу велись с несколькими лицами
- Скоропадским,
- доктором Луцким [И. М. Луценко] и
- Полтавцом.
Каждый из них представлял для немцев свою ценность.
Скоропадский --- аристократ, монархист, генерал, богач, потомок гетманского происхождения, слабовольный, но достаточно честолюбивый.
Доктор Луцкий --- сильный оратор, умеющий увлечь за собой массу, убежденный украинец, умеренный социалист, хороший организатор.
Полтавец --- выходец из Галиции, типичный политический авантюрист, готовый на всякие комбинации, сулящие ему выгоду, также потомок гетманского происхождения.
После тщательной проверки этих трех кандидатов и ввиду того, что монархисты, окружавшие германское командование, усиленно склоняли последнее на сторону своего кандидата, германское командование остановило свой выбор на Скоропадском, рассчитывая найти в нем точного исполнителя своих предначертаний.
Кроме того, они рассчитывали, что как человек петроградского высшего круга он сумеет поддержать престиж высшей власти страны, и что с ним легко будет сговориться.
.
_____________
.
В. М. Левитский.
«Борьба на Юге».
.
Первое время немцы были очень корректны, внимательно изучая окружающее.
На подмостки были выпущены украинцы.
Они вообразили себя настоящими актерами и ставили спектакль за спектаклем.
К ним сейчас же пристроились и наши социалисты.
Немцы быстро определили их удельный вес и начали искать опоры в других кругах.
Вот тут то и началось самое ужасное и самое позорное, из всего, что пришлось переживать за революцию.
Это незабываемый процесс «всеобщего киевского раздевания».
Немцы ловко начали с поощрения спекуляции.
Спекулировали тогда всем: салом, хлебом, денежными знаками, лесом и т. п., когда аппетиты разгорелись, немцы пустили в оборот свои товары.
Они спекулировали страхом перед большевиками, привязанностью к движимому и недвижимому имуществу, всем видам украинизации, социализации и пр.
За успокоение, за обещание, за сочувствие им охотно отдавали не только сахар и хлеб, но и честь.
Когда обе стороны, после ряда сделок, хорошо узнали друг друга, перешли к планам.
Начали, как и с украинцами, с парадного спектакля.
На этот раз был выбран цирк.
Первые роли были отданы «хлеборобам».
Вторые любезно согласились исполнять самые настоящие русские люди.
Решено было выбрать Гетмана всея Украины.
Составили заговор.
Первую часть его, свержение Рады, провели без участия русских, просто пришел немецкий отряд, кого надо разогнал, кого следовало, взял с собою.
Украинцы и пикнуть не посмели.
Киев сиял.
Вторая часть была сложнее.
В особняке бывшего предводителя дворянства Безака на Елизаветинской, ежедневно заседала небольшая группа заговорщиков.
Они очень конспирировались, но больше «для интересности», как говорят дети.
Бояться им решительно было нечего: дом Безака и днем и ночью охранялся немецкими караулами.
На заседаниях, кроме хозяина, бывали Лизогуб, Вишневский, Бутенко (бывший управляющий Подольской железной дорогой), Сахно-Устимович, Гижицкий, бывший полицмейстер Горностаев.
Из немцев присутствовали майоры Генерального штаба Альвенслебен и Гаазе.
Самый спектакль был поставлен довольно умело.
Был созван съезд «хлеборобов», мелких землевладельцев, в громадном большинстве крестьян.
Съезд не был посвящен в «планы».
Выборы же гетмана произошли так.
К одному из русских офицеров вечером приехал бывший член Государственной Думы Гижицкий, вынул из кармана 5000 рублей и заявил:
— «Наберите 30 человек "для дела". Пока пусть только ежедневно являются в назначенное вами место. Опоздавших исключайте. Платите по 15 рублей в день и выдайте 100 рублей единовременно».
Желающих нашлось сколько угодно.
Отбою не было.
— «Я с ними строго, чуть опоздал, кандидатом заменю» --- рассказывал мне сам антрепренер.
Через несколько дней им объявили, что их приведут в цирк, где они по данному знаку должны кричать:
— «Гетмана нам треба! Гетмана!»
— «Если кто будет возражать, спустите с лестницы, не считаясь ни с чином, ни со званием».
Все и было исполнено в точности.
— «Кричали честно», как сами потом, смеясь, рассказывали эти замечательные русские люди.
.
_____________
.
С.Сумский:
.
Несколько забегая вперед, я расскажу сейчас же, чем закончился эпизод с похищением Доброго.
Немецким сыщикам удалось установить, что Добрый был увезен в Харьков, где и содержался в вагоне на запасном пути под охраной верного Ткаченко отряда.
Добрый был немцами освобожден и доставлен в Киев, а министры Украинской национальной республики предстали перед германским военно-полевым судом.
Три дня длился этот процесс.
В «Киевской мысли» был напечатан подробный стенографический отчет этого процесса, и для историка он представит огромный интерес.
Сейчас только отмечу, что подсудимые — военный министр, два директора департамента и начальник уголовного розыска — держали себя очень плохо.
Они оправдывались, путали, просили о снисхождении и снова путали, путали без конца.
Прокурор, типичный грубый прусский лейтенант, третировал подсудимых, как мальчишек, обращался с ними пренебрежительно;
— Когда с вами разговаривает прокурор, вы должны стоять ровно и не держать рук в карманах...
Это было почти драматично — и вследствие невыносимой грубости прокурора, и вследствие жалкого испуганного вида подсудимых:
они боялись, повидимому, смертного приговора, хотя прокурор требовал всего лишь двух лет тюремного заключения во внимание к молодости и незрелости подсудимых
(только один из них был взрослый человек, начальник сыскного отделения еще при царском режиме — Красовский, зато один из подсудимых был, кажется, несовершеннолетний).
Но самый драматический эффект прокурор подготовил к концу, ко времени допроса премьера Голубовича.
Относительно участия Голубовича в похищении не было никаких данных, и путем тонкого допроса прокурор вырвал у Голубовича сознание.
Ему предшествовала истерика; для успокоения премьера пришлось устроить перерыв.
После перерыва премьер сознался, и из свидетельской комнаты ему пришлось перейти на скамью подсудимых. Премьер обещал прокурору больше никогда этого не делать.
Прокурор в этом нисколько не сомневался:
— Я не думаю, - сказал он, - что вам вновь когда-нибудь придется стоять во главе правительства.
Его тоже приговорили, кажется, к двух годам тюрьмы.
.
Большего позора, для украинского правительства, чем этот процесс, не придумаешь, хотя обыкновенно все симпатии бывают на стороне подсудимых.
Симпатии огромного зала, как это ни дико, были целиком на стороне суда: немцы великолепно разыграли этот процесс.
Когда я уходил из зала суда, какой-то старичок, сидевший в публике, обернулся ко мне и сказал:
— Слава богу, что немцы освободили нас от этих мальчишек и бандитов.
.
_____________
.
В якості іншої точки зору ми відсилаємо до спогадів одного зі звинувачених в викраденні Доброго – воєнміністра Олександра Жуковського.
Якщо коротко, він все відкидає.
Текст, дайджестований нами з його мемуарів – дуже великий, тому надаємо його окремим посиланням
О.Жуківський, Військовий міністр УНР:
“На суд громадянства”
https://www.facebook.com/groups/hronika20/permalink/185328685438494/
в 1941 году...
Date: 2018-04-26 04:47 pm (UTC)