Алі Татар-заде
Съ тѣхъ поръ какъ мнѣ удалось какимъ-то чудомъ выбраться изъ Совѣтской Россіи, я привыкла дѣлить людей на двѣ категории.
Одна изъ нихъ это тѣ, которые, правда, знаютъ по наслышкѣ о томъ, что тамъ происходитъ, интересуются, — пожалуй, даже сочувствуютъ, но относятся ко всему этому, приблизительно такъ, какъ мы въ свое время относились къ газетнымъ сообщеніямъ о чумѣ въ Азіи.
Ужасно, люди гибнутъ сотнями, тысячами.. ., да ничего не подѣлаешь: Слава Богу, далече !
Лишь бы карантинъ былъ хорошій.
Эти люди, когда узнаютъ, что я русская и недавно оттуда, относятся ко мнѣ сочувственно и хорошо.
«Неправда ли, тамъ ужасно?» — спрашиваютъ они на языкѣ тѣхъ странъ, визу куда мнѣ удалось получить, и, обыкновенно, не дождавшись отвѣта, продолжаютъ:
«Слава Богу, что хоть вамъ удалось оттуда выбраться: здѣсь вы отдохнете и забудете».
Но есть еще и другіе, есть тѣ, которые были тамъ сами.
Они знаютъ, что выбраться оттуда еще недостаточно, что забыть нельзя.
Они помнятъ, какъ обливалось кровью сердце у нихъ, когда они спасали свою жизнь и оставляли тамъ своихъ близкихъ, свои семьи, своихъ друзей.
Они понимаютъ также, что, выбравшись оттуда, надо продолжать жить здѣсь, а жизнь это вещь во всѣхъ отношеніяхъ очень сложная.
Вотъ, когда эти люди спрашиваютъ меня о томъ, что дѣлается тамъ, и съ дрожью въ голосѣ называютъ лицъ, фамиліи которыхъ мнѣ, по большей части, незнакомы, тогда мнъ дѣлается больно и досадно, что я такъ мало знаю и такъ мало могу имъ разсказать.
Съ тѣхъ поръ какъ мнѣ удалось какимъ-то чудомъ выбраться изъ Совѣтской Россіи, я привыкла дѣлить людей на двѣ категории.
Одна изъ нихъ это тѣ, которые, правда, знаютъ по наслышкѣ о томъ, что тамъ происходитъ, интересуются, — пожалуй, даже сочувствуютъ, но относятся ко всему этому, приблизительно такъ, какъ мы въ свое время относились къ газетнымъ сообщеніямъ о чумѣ въ Азіи.
Ужасно, люди гибнутъ сотнями, тысячами.. ., да ничего не подѣлаешь: Слава Богу, далече !
Лишь бы карантинъ былъ хорошій.
Эти люди, когда узнаютъ, что я русская и недавно оттуда, относятся ко мнѣ сочувственно и хорошо.
«Неправда ли, тамъ ужасно?» — спрашиваютъ они на языкѣ тѣхъ странъ, визу куда мнѣ удалось получить, и, обыкновенно, не дождавшись отвѣта, продолжаютъ:
«Слава Богу, что хоть вамъ удалось оттуда выбраться: здѣсь вы отдохнете и забудете».
Но есть еще и другіе, есть тѣ, которые были тамъ сами.
Они знаютъ, что выбраться оттуда еще недостаточно, что забыть нельзя.
Они помнятъ, какъ обливалось кровью сердце у нихъ, когда они спасали свою жизнь и оставляли тамъ своихъ близкихъ, свои семьи, своихъ друзей.
Они понимаютъ также, что, выбравшись оттуда, надо продолжать жить здѣсь, а жизнь это вещь во всѣхъ отношеніяхъ очень сложная.
Вотъ, когда эти люди спрашиваютъ меня о томъ, что дѣлается тамъ, и съ дрожью въ голосѣ называютъ лицъ, фамиліи которыхъ мнѣ, по большей части, незнакомы, тогда мнъ дѣлается больно и досадно, что я такъ мало знаю и такъ мало могу имъ разсказать.
no subject
Date: 2018-02-15 08:07 pm (UTC)