Бывший советник президента России рассказал о том, что 20 лет назад стало первопричиной беловежских соглашенийНелепый и бесславный путч, устроенный группой коммунистических реакционеров в августе 1991 года, сорвал подписание полностью согласованного союзного договора между девятью республиками. Началось бегство республик-партнеров от Москвы, над которой, как многим тогда казалось, витали зловещие тени новых заговоров.
Москва предпринимала отчаянные попытки остановить развал, но все усилия были в основном тщетными. Республиканские элиты, осознав, какой редчайший шанс им выпадает, не желали его упустить.
Коммунисты – за развал СоюзаПервый и, по существу, нокаутирующий удар нанесла Украина. 24 августа Верховная рада в Киеве приняла декларацию независимости, начинавшуюся словами: «Исходя из смертельной опасности, нависшей над Украиной в связи с государственным переворотом в СССР 19 августа 1991 года...»
Авторы декларации недвусмысленно указывали народу на главную причину поспешного отделения от Москвы. Кстати, за выход из СССР проголосовали в парламенте украинские коммунисты, составлявшие на тот момент абсолютное большинство в Раде. Впрочем, их партийность уже не имела значения.
В тот же вечер у нас с Ельциным состоялся подробный разговор о возможности спасения Союза в каком-либо обновленном варианте. Я пришел к президенту с текстом украинской декларации, которую записал собственноручно по телефону под диктовку моего друга – депутата Рады Сергея Конева. Говорили в кабинете Ельцина в Белом доме, вокруг которого еще маячили остатки недоразобранных баррикад. Декларация стала для Ельцина неприятным сюрпризом, читая ее, он медленно сжимал и разжимал пальцы на правой руке. Это не было проявлением гнева, он так сосредотачивался.
Особенно поразило Ельцина принятое украинским парламентом одновременно с декларацией решение о взятии под свою юрисдикцию всех расположенных на украинской территории военных формирований СССР и о создании собственного министерства обороны.
Я говорил президенту о том, что сейчас имеет значение каждый час, потому что за формальным актом провозглашения независимости последует множество юридических шагов, которые будет невозможно отыграть назад. Поэтому надо пытаться влиять на события до того, как будут приняты документы необратимого характера. Наша принципиальная позиция – именно реформа, а не тотальный распад Союза. Нужно держаться за проект нового договора, согласованный в Ново-Огарево и парафированный девятью республиками.
( Read more... )Если говорить о результатах нашего пожарно-спасательного визита, то нам удалось сбить возникшую было волну противоборства Украины с Россией. Ведь следующими шагами могли стать взаимные территориальные претензии, захват армейского имущества, пограничные конфликты и т. д. На Украине уже начали приводить воинские части к присяге на верность новому государству. Эта поспешность спровоцировала несколько острых инцидентов. Горячие головы словно забыли о том, что тогда еще на Украине оставалось ядерное оружие. Позже в результате напряженных дебатов нам удалось переместить в Россию и ядерные боезаряды, и средства их доставки.
Мы улетали с тяжелым сердцем, понимая, что Украина уходит, но в глубине души отказываясь верить в это. Мы еще надеялись, что все опомнятся, остановятся, свершится чудо и мы сможем найти какую-то волшебную формулу нового Союза, которая всех устроит и объединит.
Кончался август 1991 года. Впереди нас ждали декабрь и роковой вердикт Беловежья.
Текст: Сергей Станкевич============
Через 20 лет при нынешней "легитимной" "украинской" власти - ФСБ-гебня, гундяев и прочие медвепуты ощущают себя на нашей земле гораздо увереннее и наглее.